To My Father: рассказ о чувствах

У Vilhelm Parfumerie есть три очень достойные истории. Красивые, интересные, запоминающиеся. И все же, это не тот бренд, от которого я жду чуда. Но чуда я всегда жду от Бертрана Дюшофура (Bertrand Duchaufour). Поначалу я была удивлена этому выбору: бренд еще немного не дорос до парфюмера такого уровня. “Ребята гуляют на все”, – подумала я. Но, когда услышала To My Father, всё встало на свои места.

В самом деле, представьте ожидания женщин от аромата с названием Моему Отцу. Ошибка может стоить потери женской аудитории. А потерять ее для парфюмерного бренда равносильно профессиональному самоубийству.

Дымный, древесно-сладкий, торфяной… С нотами чернослива, вишни и пряными аккордами. С можжевеловыми ягодами – холодными, сладкими, смолисто-хвойными. На что это похоже? На дорогой виски. Все эти оттенки свойственны ему и все они есть в To My Father, но этот аромат – что-то несоизмеримо большее, чем роскошный букет хорошего виски. В нем есть непостижимая глубина, свойственная именно Дюшофуру. To My Father согревает и заключает в объятия. Он очень статусный, и молодым мужчинам не подойдет категорически. При всей его породистой чувственности сексуального подтекста в нем нет. Он о другом: о защищенности, о восхищении… Что-то настолько личное он задевает в душе, что возникает щемящее чувство той бесконечной любви.

Говорить о нем “в нотах” не очень хочется, но все же:

Верхние ноты: семена амбретты, масло горького апельсина, давана
Ноты сердца: кабреува, виски, можжевельник
База: этоксилон, дуб, кожа

В композицию были введены две редчайшие породы дерева, обладающих редким и сложным ароматом: кабреува, которую еще называют “винным деревом”, и растет она в прибрежных районах Южной Америки, и этоксилон, или “белый уд” – он растет на острове Барнео.

To My Father открывается, как виски – явно слышен характерный аккорд, дерзкий, терпкий, горьковатый, возможно, даже чуть более алкогольный, чем хотелось бы. Но почти мгновенно согревается другой историей, идущей из глубины: появляются дымность, сильное тепло и мягко рассеянная по всему аромату торфяная нота. На всем протяжении ненавязчиво подчеркивается, что виски можжевеловый. Следом вступает благородная гурманская красота из чернослива и пряной вишни. Тот самый момент, когда To My Father переходит из оттенков ароматов в эмоциональную плоскость. И этот абсолютно роскошный парфюм – уже не про парфюм… Он о чувствах.

Но на этом история не заканчивается. Через несколько часов алкогольно-гурманская тема растворяется. Остается яркий можжевельник в горьком апельсине. И на деревяшках. Без них было бы свербяще, слишком хвойно, с ними – красивейший мужественный аромат.

На заглавной иллюстрации – фрагмент картины аргентинского художника Фабиана Переза (Fabian Perez)