Promise – нарушенное обещание Фредерика Маля

Promise. Обещание, которое Frederic Malle не сумел сдержать. Этот аромат был заявлен как более близкая европейскому менталитету версия восточного The Night. Она понадобилась потому, что уд оказался слишком уж удом, и в Европе The Night не получил широкого признания. Богатые мусульманки были в восторге от аромата, ибо драгоценный уд в нем по-настоящему роскошен, они-то знают в этом толк. Но Фредерику Малю такой аудитории было недостаточно, и он решил ее расширить с помощью более легкой версии.

И уда-то в композиции Promise не оказалось. Может, так даже лучше. Все чаще слышится капризное “надоело” в его адрес. Доминик Ропьон (Dominique Ropion), автор The Night, построил композицию Promise совсем иначе: турецкая и болгарская розы, яблоко, розовый перец, гвоздика, пачули, нагармота и лабданум. Здесь мы подходим к тому, почему я обвинила Frederic Malle в обмане. Возможно, некоторая восточность в аромате присутствует. Но она настолько неуловима, что мне он восточным не показался. Более того, Promise, скорее, холодная история.

Он открывается как фужер, только очень насыщенный. Изумрудно-зеленые землистые пачули в сумерках – вот, что вы услышите. Но это не лес, это город. Река, арочный мост через нее, и воздух пасмурного вечера. Дымчатый серо-сиреневый туман, в котором поблескивают влажными боками камни парапета и брусчатка… Фонари еще не включили, поэтому уютное золотое тепло не согреет аромат. Пачули сливаются с пьянящим травным характером нагармоты, показывает характер колкий розовый перец… Все красиво, интригующе и настолько тесно спаяно друг с другом, что не надо портить удовольствие и пытаться понять, где какая нота, а просто получать удовольствие и любоваться этой холодной сизой красотой.

И вот тут мягко появляется запах вкусного зеленого яблока. Сочного и чуть сладковатого. Этот аккорд предваряет появление женской фигуры на мосту. Она еще не видна сквозь туман, пока угадывается только абрис. Но сладость усиливается, тем не менее не переходя в насыщенную. Плотности и шлейфа, характерных для восточных парфюмов, в Promise так и не появится. Выраженной розы – бархатистой, бордовой, маслянистой, дурманящей – вы не услышите. Несмотря на то, что роза в композиции представлена более, чем достаточно. Сладость станет яркой, будет дразнить вкрадчивой мягкостью, очень сексуальной, но ненавязчивой.

И последний этап звучания наступит, когда контраст двух оттенков начнет размываться. Тогда Promise превратиться в немного грустный, прохладный аромат с изысканной женственной сладостью.